«Мы были знакомы с пятого класса». Пермячка, отсудившая деньги за смерть мужа от коронавируса, рассказала подробности трагедии

Общество


Год назад Владимир Евгеньевич и Светлана Ивановна отметили годовщину свадьбы. Фото: семейный архив.

— Мы с моим Володей 35 лет вместе прожили, знакомы были с пятого класса, а сейчас его нет, и уже ничего не исправить, — плачет жительница Кудымкара Светлана Старкова. — И это полная безысходность, пережить такую потерю невозможно.

Рентген показал изменения в легких

Супруг Светланы — 56-летний Владимир Евгеньевич — умер в больнице в декабре 2020 года, он болел коронавирусом больше двух недель, и женщина до сих пор уверена, что его можно было спасти.

— Слабость, недомогание и незначительную температуру муж почувствовал 10 декабря, сам он врач, поэтому начал лечиться дома, но неделю ситуация не улучшалась, и я уговорила его обратиться к врачам, — говорит Светлана Ивановна. — 16 декабря мы приехали на прием к терапевту. Муж зашел в поликлинику своими ногами, красивый, ухоженный, в пиджаке и начищенных туфлях, и, несмотря на температуру, он даже сам машину в тот день вел.

И таким своего мужа Светлана, увы, видела в последний раз.

Врач осмотрел пациента, сделал ему кардиограмму — она была хорошая, а вот на рентгене в легких нашли изменения, поэтому мужчине предложили лечь в больницу. На «скорой» его сначала отвезли Юсьву, но в тот же день перевели в «Больницу Коми-Пермяцкого округа».

— Я по три раза в день ездила в стационар, спрашивала, нужны ли какие-нибудь лекарства, — рассказывает Светлана.

— Состояние тяжелое, все необходимые препараты у нас есть, ничего не надо, — отвечал врач.

«Мы делаем все возможное»

— Поначалу муж еще звонил мне, спрашивал, как дела дома, как внучка, а на третий день ему стало хуже, и его перевели в реанимацию, — плачет женщина. — Врач начал отвечать очень сухо: «Состояние тяжелое». Когда в последний раз муж звонил мне, в трубке был сильный гул.

— Это я в маске, — с трудом объяснил мужчина.

Светлана продолжала ездить в больницу и привозить мужу передачи: бульон, курицу, морсы, но вскоре Владимир отказался от еды.

— Я пошла к руководству и стала просить, чтобы его перевезли в Пермь, нашла место в реанимации и даже была готова оплатить вертолет, — объясняет вдова. — На что кудымкарские врачи отвечали: «Вы же не врач, мы делаем все возможное, он не смертельный больной, у нас все под контролем».

Читать так же:  В Telegram-канале появились личные данные работающих на митингах российских силовиков

Но преломить ход болезни медики не могли.

— От меня в больнице уже начали прятаться, когда я спрашивала: «Что делать?», — вспоминает Светлана. — И одна медсестра как-то сказала: «Терпеть и молиться», и мы, несмотря на сильный мороз, поехали в Белогорский монастырь, молиться.

А на обратном пути, когда появилась связь, родственникам сообщили, что Владимиру стало хуже.

Владимир Евгеньевич был врачом-стоматологом. Фото: семейный архив.

Владимир Евгеньевич был врачом-стоматологом. Фото: семейный архив.

«Везите, что хотите»

— Давайте мы привезем любые лекарства за любые деньги? — умоляла Светлана врачей и собралась ехать в Пермь, чтобы купить три упаковки сильного противовирусного препарата.

— Везите что хотите! — махнули рукой врачи.

И они с 4-месячной внучкой с полдороги развернулись в Пермь. Лекарства нашли только в одной аптеке, и к вечеру привезли их в стационар.

— А, может, все-таки в Пермь его перевезем на лечение? — продолжала умолять Светлана.

— Он у вас уже нетранспортабельный, вы что, убить его хотите? — ответили на этот раз медики.

30 декабря утром Светлана с дочерью снова пришла в стационар, договорившись, чтобы врачи отодвинули шторку в палате. Хотели, чтобы Владимир увидел свою семью, и это придало бы ему сил бороться дальше.

— Мы постучали в окно, но нам говорят: «Идут реанимационные мероприятия», мы подождали, а потом начали снова стучать, — вспоминает женщина.

— Нет, мы не откроем вам.

— Почему? Вы же обещали!

— Он уже неживой…

— Мы как стояли, так и упали в снег в истерике, — вспоминает женщина. — А персонал собрался и смотрел на все это из окон, и я даже не помню, как потом мы ушли из больничного городка.

Хождения по мукам

31 декабря Светлана приехала в морг, чтобы забрать вещи мужа.

— Это было просто бесчеловечно: мне отдали мусорный пакет, куда покидали все вещи мужа, они были грязные, в куче, а сверху — контейнер с тухлой курицей, — возмущается женщина. — И когда я домой все это принесла, у меня снова истерика случилась.

Читать так же:  Москалькова призвала возбудить уголовное дело после инцидента с Навальным

2 января Владимира Старкова похоронили. На прощание пришло очень много людей: мужчина был не только хорошим и добрым человеком, но и уважаемым врачом-стоматологом, а также действующим депутатом городской Думы.

— В новогодние каникулы мы с дочками пришли к единственному решению — мы должны бороться с таким отношением врачей и решили подавать в суд, — рассказывает Светлана. — После этого начались наши хождения по мукам. Собирая документы, мы пришли в поликлинику за амбулаторной картой, там нам говорят: «Не можем выдать, врачебная тайна, отдадим только по доверенности». Поехали к нотариусу, он объяснил, что доверенное лицо не может подписать документ, так как его нет в живых.

В итоге вдова подала гражданский иск в суд к больнице о компенсации морального вреда в связи со смертью супруга. В иске она просила возместить ей три миллиона рублей. И суд встал на сторону вдовы, но присудил взыскать с больницы только 200 тысяч рублей. В оказании медицинской помощи ее супругу действительно были выявлены дефекты.

Суд сам запросил нужные документы

И именно суд запросил потом все необходимые документы в поликлинике и в больнице, назначил проведение судебно-медицинских экспертиз: ведомственной — проверку проводил Минздрав и независимой — ее оплачивала истица, сама заявившая ходатайство об этом.

Главное в заключениях экспертов было следующее: дыхательный аппарат был подобран не оптимально, не было консультации пульмонолога (при его болезни легких. — Ред.), дозы лекарственных препаратов не соответствовали весу, а назначенные препараты необоснованно назначались и отменялись.

— А ведь мы настаивали на том, чтобы его поместили в медучреждение более высокого уровня, столько стучали в разные двери, предлагали помощь, плакали под окнами, но так ничего и не смогли добиться, — говорит Светлана. — А ведь и у врачей, и у нас была одна цель — спасти человека.

— Это первое в Пермском крае, да и во всей России решение суда по взысканию ущерба с больницы в пользу родственников умершего от коронавируса пациента, — рассказал «КП» генеральный директор Пермской Медико-правовой коллегии Евгений Козьминых.

Читать так же:  Большой театр приостановил продажу билетов на новогоднего "Щелкунчика"

— По официальной статистике с начала пандемии в Пермском крае скончались от коронавируса почти три тысячи человек, все их родные сейчас могут пойти в суд и потребовать возмещения морального вреда от медиков? — уточнили мы у медюриста.

— Это право любого гражданина, написать заявление в суд может каждый, все зависит от настроя человека. Не исключаю, что до суда дойдет лишь малая доля всех случаев. Но если в ходе экспертизы выяснится, что медицинская помощь скончавшемуся пациенту была оказана с дефектами, то родственники имеют полное право потребовать возмещения морального вреда, — ответил Евгений Козьминых.

БУДЬ В КУРСЕ

КАК ПОДАТЬ ИСК В СУД?

1. Обычно исковое заявление в суд по «врачебным делам» готовит профессиональный юрист, но можно написать и самостоятельно, найдя подходящий шаблон в интернете.

2. В иске должны быть указаны: наименование суда и максимально полные данные истца и ответчика. Далее — в чем были нарушены права истца, указываются обстоятельства, доказательства и то, какие именно нравственные и физические страдания переживает истец: личные ограничения, тяжесть утраты и т. п.

3. К иску необходимо приложить копию свидетельства о смерти, а также ходатайство о запросе недостающих документов, которые истец не в состоянии получить сам (например, подлинники медицинских документов из различных лечебных учреждений). Также необходим документ, подтверждающий родство с умершим.

4. Исковые требования включают в себя компенсацию морального вреда, имущественного ущерба и судебных расходов. Имущественный ущерб, как и судебные расходы, должен всегда подтверждаться платежными документами.

5. К иску должен быть приложен документ, подтверждающий отправку заявления ответчику, и квитанция об оплате госпошлины. Готовое исковое заявление направляется в районный суд по месту нахождения ответчика. Через 2 — 3 недели должна прийти повестка из суда или СМС с указанием первого судебного заседания.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Впервые в судебной практике Прикамья: вдова умершего от COVID-19 пациента отсудила у больницы моральный вред

Экспертиза показала наличие нарушений в оказании ему медицинской помощи (Подробнее…)



Источник

Оцените статью
Кольское слово - инфо-портал